Четвертого декабря в самом центре Москвы произошло странное
событие. В Манеже открылась выставка “Арт- манеж’98”. Очень
разные художники представляли свои творения. Одна из
экспозиций казалась лишенной всякой художественной ценности:
на ней было расставлено около двадцати православных икон. Все
они были не-авторские. Это были не иконы, писанные мастерами,
а типографические изделия. Обычные иконки, которые сегодня
тиражируются тысячами. Поэтому поначалу было непонятно - зачем
же их принесли в зал, попасть в который мечтают многие
настоящие художники?
Но к 6 часам вечера стало понятно: перед нами оказался
образец того направления современного авангарда, которое
предполагает, что картина должна не просто пассивно
восприниматься, но вовлекать зрителя в некое действие.
Исполнителями этого его стали несколько 15-16 летних
подростков. Само же действие состояло в том, что они на глазах
у спокойно взирающей публики начали рубить и рвать иконы. И
это не было непредусмотренным вторжением. Около стенда с
иконами Христа и Богоматери оказалась листовка-прейскурант:
"...Замечательный исходный материал для богохульства — Спас
Вседержитель, Владимирская Божия Матерь, Спас Нерукотворный...
Галерея предлагает следующие услуги: осквернение иконы юными
безбожниками — 50 рублей, ...лично под руководством юных
безбожников — 20 рублей, ...консультации для осквернения иконы
на дому — 10 рублей...". Посетители были спокойны.
Администрация Манежа тоже. Лишь вмешательство других
художников остановило эти кощунства.
Организаторами этого надругательства была некая галлерея
“Вперед” и Авдий Тер-Оганьян. Жаль, что в Манеже нашлось место
для их “творений”, но не было места для картин действительно
талантливого художника – воронежского протоиерея Стефана
Домусчи, чья персональная выставка, открывшаяся в те же дни,
была доступна москвичам лишь в маленьком выставочном зале на
Таганской улице. Стоит также напомнить, что 4 декабря по
православному календарю – это праздник Введения во Храм Божией
Матери…
Собственно, об этом эпизоде можно было бы не писать: его
организаторам явно хочется славы – в том числе самой черной,
“геростратовой”. Делать им рекламу не хочется – поэтому
говорить о них долго не стоит.
Гораздо важнее иное: реакция на это событие в прессе.
Заметила ли она его? Если заметила – то как оценила? Сегодня
пресса очень остро реагирует на любые оскорбительные замечания
в адрес иудаизма. Однако, религиозные чувства и святыни есть
не только у евреев, но и у людей, входящих в иные религиозные
традиции, в том числе – в православную. Заходит речь об
оскорблении национально-религиозных чувств евреев – и все
выражают свое возмущение хулиганами. Но когда речь идет об
оскорблении чувств православных – тут начинаются оправдания:
“свобода самовыражения, свобода высказывания, авторское
право...”. Но неужели не понятно, что свобода движения моего
кулака кончается там, где начинается чужое лицо? И здесь
совсем не важно, какой национальности и какой веры это
униженное и оcкорбленное лицо.
Год назад по сути такое же событие произошло еще более
публично – когда по НТВ показали фильм, плюющий в тот образ
Христа, который дорог для верующих. Тогда пресса встала на
защиту тех, кто оскорблял. Вроде бы человеку, которому больно,
принадлежит бесспорное право свидетельствовать о своей боли.
Но наша странная журналистика обвинила в нетерпимости тех, кто
вскрикнул от боли и поощрила эксперименты тех, у кого
атрофировалось чувство благоговения. Что ж – посмотрим,
изменилось ли хоть что-то за минувший год, или же боль у нас
по прежнему воспринимается по партийному: если неудобство
испытывают “свои”, то это повод для полномасштабной
обвинительной кампании, а если боль испытывают другие, “не
наши”, то боль у них и не настоящая, и, вдобавок, вполне
заслуженная – но во всяком случае не такая, чтобы высказывать
осуждение действиям тех, кто “социально близок” владельцам
“демократической” прессы. Реакция прессы на кощунство в Манеже
много скажет и о нас, и о той стране, в которой мы живем.
И еще. В этот же день на другом конце все той же Манежной
площади произошло еще одно событие, воспринимаемое
православными точно так же, как действия в самом Манеже. Дума
приняла постановление, призывающее поставить в центре Москвы
памятник первопалачу Дзержинскому. Тер-Оганьян вряд ли как-то
связан с думскими коммунистами. Но Господь Промыслом Своим
свел эти два события, чтобы через их совмещение лучше стал
виден смысл каждого из них: “свобода” плевать на иконы однажды
уже обернулась ГУЛАГом.
P.S. Реакция прессы оказалась однозначной. В две
газеты я передал эту свою статью. В итоге и “Труд”, и
“Вечерний клуб” в один и тот же день выбросили эти строки из
нее (19.12.1998). У нашей “свободной прессы” проявилось
странное косоглазие. Интересно, что год назад “Труд” (обычно
охотно публикующий мои тексты) несколько месяцев держал мою
статью по поводу скандала с НТВ. Я предлагал опубликовать ее в
порядке полемики, поместив тут же ответ на нее со стороны НТВ.
В итоге мой текст передали в пресс-центр МОСТ-банка.
Публикация не состоялась. Вот и сейчас цензура проявила
себя.
