Светское государство. Ответы на вопросы urokiatheisma denga

Об изучении религий в школе, о едином экзамене и об учебном книгоиздании
А. Фурсенко

 

Уважаемые читатели!

В последнее время я часто даю пояснения по ряду проблем развития образования, которые особенно волнуют российскую общественность. Меня, в частности, спрашивают, будет ли преподаваться религия в школе, будет ли продолжен эксперимент по единому государственному экзамену и будет ли сокращено количество школьных учебников, рекомендованных Ми-нистерством образования и науки Российской Федерации к использованию в школах. Считаю необходимым разъяснить свою позицию по этим проблемам читателям «Вестника образования».

Итак, сначала — об изучении религий в общеобразовательной школе. В этом вопросе мы должны исходить из того, что история религий — важнейшая составляющая часть истории любого государства, любого народа. Без понимания особенностей развития религии в той или иной стране невозможно изучать ее историю, культуру, литературу. Так что историю религий в школах изучать можно и нужно, причем как на факультативной основе, так и на правах важного обязательного раздела гуманитарного образования. Она может быть включена в програм-му предмета «История». Но нельзя путать историю религий с собственно религиозным обучением, осуществляемым представителями той или иной конфессии. Школа в нашей стране отделена от церкви, дети получают светское образование, поэтому в государственной школе обязательного религиозного обучения нет и быть не может.

Курс истории религий должны вести светские учителя, используя учебники, рекомендованные или допущенные Министерством образования и науки. Конечно, в этих учебниках необходимо четко соблюдать баланс между четырьмя основными религиозными конфессиями, представленными в России, — православием, мусульманством, иудаизмом и буддизмом. В то же время я не исключаю, что изучению истории православия придется уделять больше времени, нежели истории других религий. Ведь православие сыграло очень большую роль в становлении государственности и в развитии культуры нашей страны. Это исторический факт, который необходимо принимать во внимание при составлении учебных программ.

Еще один важный момент — недопустимость изучения истории религий с атеистических позиций. По сути, атеизм — это тоже своего рода религия. Точно так же, как нельзя преподавать историю религий с позиций той или иной конфессии, не следует представлять убеждения верующих как анекдот и досужий вымысел. В современном обществе никто не ставит перед школой задачу формировать религиозные убеждения ребенка или, напротив, воспитывать его в атеистическом духе. Школа должна представить детям максимально объективную картину развития ре-лигий, основываясь на документально подтвержденных исторических фактах. Конечно, история — не математика, и применять такой подход непросто, но это уже вопрос квалификации учителей и качества учебной литературы.

Следующая проблема — продолжение эксперимента по единому государственному экзамену. Я уже сообщал читателям «Вестника образования», что в этом году эксперимент проходит без каких-либо корректив, по намеченному графику — в нем участвуют около 900 тысяч выпускников школ и абитуриентов из 65 российских регионов. Итогом проведения эксперимента в этом году должен стать спокойный, объективный анализ достоинств и недостатков ЕГЭ. По большому счету, за четыре года, пока продолжается эксперимент, такой анализ ни разу не проводился. В огромной степени единый экзамен оценивается на эмоциональном уровне — его или одобряют с незначительными оговорками, или отрицают вовсе. К сожалению, конструктивная дискуссия в данном случае подменена нерациональной борьбой между сторонниками и противниками ЕГЭ. И те и другие отстаивают свою точку зрения, зачастую игнорируя очевидные факты и не желая разбираться в ситуации.

Чтобы объективно оценить «плюсы» и «минусы» ЕГЭ и определить его перспективы, по результатам эксперимента 2004 года Минобрнауки России планирует организовать всестороннее обсуждение положительных и отрицательных сторон единого экзамена. Мы должны предоставить возможность высказаться всем участникам эксперимента — школьникам, абитуриентам, организаторам, учителям и вузовским преподавателям. Задача этой дискуссии заключается в том, чтобы прийти к консенсусу в оценке единого экзамена. На основании этого обсуждения можно будет сделать обоснованные выводы о его перспективах и принять соответствующие административные решения.

Главный принцип предстоящей дискуссии я бы сформулировал так: поменьше эмоций, побольше аргументов. Когда я обсуждаю ЕГЭ без эмоционального подъема с ректорами вузов, которые считаются его противниками, многие из них признают положительные стороны единого экзамена. Другой вопрос, что их не всегда устраивает содержание экзаменационных материалов или предполагаемые административные методы введения ЕГЭ. Неудивительно, что в этом случае многие будут возражать хотя бы «из принципа», даже не задумываясь о том, против чего возражают. Руководителям вузов, равно как и преподавателям, просто обидно, что их обвиняют в коррупции (зачастую совершенно незаслуженно) и заставляют набирать студентов по новой схеме якобы «для исключения возможности нечестного поступления в вузы». Согласитесь, что бороться с коррупцией такими методами было бы просто неразумно и неправильно — для этого у компетент-ных органов существуют совершенно другие инструменты.

Однако я считаю невозможным свести все формы проверки знаний выпускников школ и абитуриентов к одной единственной — единому экзамену. Ведь есть другие, альтернативные способы. Это, прежде всего, предметные олимпиады, по итогам которых возможно зачисление в вуз вне конкурса. Кроме того, я не исключаю возможности сохранения, наряду с ЕГЭ, традиционных подходов к оценке знаний. Вообще, человек должен иметь свободу выбора. Не стоит заставлять его делать то, что он считает ненужным и неприемлемым. Но при этом, взвесив все «за» и «против», приняв определенное решение, необходимо уже последовательно придерживаться его. К примеру, школьные учителя не раз спрашивали меня, в чем смысл обязательного ЕГЭ по математике? Может быть, не стоит заставлять сдавать его всех подряд? Согласен, вряд ли этот экзамен необходим школьникам, которые учатся в классах гуманитарного профиля и собираются получать высшее образование по гуманитарным специальностям. Для них достаточно традиционного экзамена, задания которого составлены на основе программы по математике базового уровня.

Вообще, свобода выбора — важный фактор, определяющий развитие образования. Это касается не только единого экзамена, но и такой проблемы, как учебное книгоиздание. Недавно я провел встречу с представителями педагогической общественности Москвы, на которой обсуждались разные вопросы, в том числе и о количестве учебников, из которых учитель может выбирать один, на его взгляд, лучший. Участники встречи почему-то стали убеждать меня, что количество учебников ни в коем случае нельзя ограничивать административно и сводить их перечень к двум-трем по каждому предмету в каждом классе.

Я пояснил, что в Минобрнауки нет планов по сокращению числа учебников. Другой вопрос, что нам нужны учебники высочайшего качества. Необходимо сформулировать критерии, на основании которых можно было бы рекомендовать для использования в школе только лучшие книги — проще говоря, ввести жесткие стандарты качества. Нельзя заранее утверждать, сколько учебников будут им соответствовать, хотя очевидно, что их будет немного. Лишнее тому подтверждение — мнение участников встречи. На мой вопрос, сколько может быть хороших учебников по любому предмету, они сказали: «Два-три, вряд ли больше…».

Система отбора учебников в ближайшее время будет совершенствоваться. Широкое участие в их экспертизе будут принимать Российская академия наук и Российская академия образования. В экспертных советах должны быть представлены самые разные участники образовательного процесса. Не хотелось бы, чтобы наши действия по совершенствованию перечня рекомендованных учебников воспринимались как нечто революционное. Не раз доводилось слышать, что Министерство собирается отменить систему отбора учебников, разогнать экспертные советы. Перечисляют даже конкретные способы, как все это делать, хотя такие способы нам и в голову прийти не могли!

Оставляя все это на совести тех, кто распускает подобные слухи, могу заявить, что все наши решения будут приниматься только после подробных консультаций с экспертным сообществом и цель их заключается только в повышении качества российского образования.

Желаю успехов в работе!

Андрей Фурсенко, министр образования и науки Российской Федерации

http://www.mosedu.ru

 

 

Яндекс.Метрика Индекс цитирования