Светское государство. Ответы на вопросы urokiatheisma denga

Первая любовь! О боже, этого забыть нельзя! Я помню как сейчас и эти ступеньки с деревянными перилами и эти аллейки, выложенные по бокам обломками кирпича, старательно побеленными паном Мокжицким. А заборчик, неровный заборчик, сбитый из толстых сучковатых палок! А старая калитка, у которой мы прощались столько раз, как, впрочем, столько же раз и встречались. А это окно на веранде, открывавшееся, когда на улице раздавался звонок моего велосипеда...
Нет, этого не забыть никогда! Что потом ни случилось бы, куда бы, даже на край света-, меня ни забросила судьба, нельзя этого забыть, потому что первая любовь врезается в память навечно.
Как сейчас, вижу я и крестьянку, которая каждое утро приносила молоко и сыр к дому любимой. Крестьянка шла, навьюченная бидонами с молоком и кругами сыра, ссутулившаяся, в зеленой юбке, в ситцевом платке, придавленная своими заботами, и вдруг натыкалась на меня в футболке с прикольными надписями, выстаивавшего перед домом, и тогда — хотите верьте, хотите нет — сморщенное лицо женщины озарялось улыбкой, в глазах зажигались веселые огоньки, она выпрямлялась, как если бы кто-то снял бремя с ее натруженных плеч, подсластил ее горькую судьбу, и она шутила: «Ну и стойкий же кавалер у этой паненки!» И смеялась легко, задиристо. О! Этого забыть невозможно!
Да, нельзя забыть первой любви! Она входит в сердце, в Душу и остается навеки. А если жизнь приносит потом плохую минуту, горечь, отравляет сомнением, можно утешиться картинами былого. Достаточно вспомнить, как улыбался дядюшка любимой — инвалид, и сразу становится легче и светлее жить на свете. Этот дядюшка! По сей день звучат у меня в ушах его суровые окрики: «Геленка! Довольно разговаривать! Гелемка, уже десятый час! Спать, спать, Геленка!» Нет, этого никогда не забыть...
Только минуточку, как он ее называл? Геленка или Божен-ка? Или, кажется, Зое я? Минуточку, как же ее все-таки звали?
Ежи  БАРАНОВСКИЙ

 

 

Яндекс.Метрика Индекс цитирования